Вас с детства учили, что рынок держится на конкуренции. Кока-Кола борется с Пепси, и поэтому обе стараются ради вас. Авиакомпании сбивают цены друг у друга, и поэтому билет дешевеет. Банки соперничают за клиента, и поэтому проценты по вкладу растут. Конкуренция — это двигатель, который заставляет компании работать на потребителя.
Прекрасная теория. У неё есть одна проблема. Если посмотреть, кто владеет всеми этими «конкурентами», окажется, что владелец — один и тот же.
Один хозяин у обеих сторон
Вернёмся к арифметике Большой тройки. Она держит 15–25% почти каждой крупной компании. Слово «каждой» здесь — главное. Это значит, что одни и те же фонды владеют и Кока-Колой, и Пепси. И American Airlines, и Delta, и United. И всеми крупными банками сразу. И конкурирующими фармкомпаниями одновременно.
Теперь задайте простой вопрос — так, как его задал бы человек, у которого есть доли в обеих компаниях. Хотите ли вы, чтобы ваши две компании устроили жёсткую ценовую войну? Нет. В ценовой войне обе теряют прибыль. Вам, как общему владельцу, выгодно ровно обратное: чтобы они НЕ конкурировали слишком сильно. Чтобы держали цены повыше, не резали маржу, не уничтожали друг друга ради вашего же кошелька.
Вот он, конфликт интересов в чистом виде. Тот, кто владеет всеми игроками на поле, не болеет ни за одну команду. Он болеет за то, чтобы игра приносила побольше денег ему — а значит, чтобы команды не слишком старались.
Картель, которому не нужно собрание
В старые времена, чтобы не конкурировать, владельцы заводов тайно встречались и договаривались держать цены. Это называется картель, и за это сажают. Нужна была сходка, протокол, сговор — то есть улики.
Общее владение делает то же самое, но без всякой встречи. Никто ни о чём не договаривается в прокуренной комнате. Просто у «конкурентов» один и тот же крупный акционер, который на собраниях каждой из них голосует за одни и те же приоритеты: рост прибыли, осторожность с ценовыми войнами, щедрые бонусы менеджменту за «дисциплину». Результат как у картеля — а доказать сговор невозможно, потому что сговора в юридическом смысле нет. Есть структура.
В IT это как если бы все «конкурирующие» облачные провайдеры принадлежали одному холдингу. Зачем им реально воевать ценой? Снаружи — выбор из пяти логотипов. Внутри — один владелец, которому невыгодно, чтобы они дрались. Конкуренция превращается в театр: декорации есть, борьбы нет.
Где факт, где осторожность
Будем честны и аккуратны. Факт: общее владение крупными конкурентами через Большую тройку реально и описано в академических работах; экономисты всерьёз изучали, как это связано с ценами в авиаперевозках и банковском секторе. Осторожно: доказать, что конкретная цена на конкретный билет выросла именно из-за общего владельца, очень трудно — слишком много факторов.
Но логика структуры не требует прямого приказа. Достаточно того, что у самого влиятельного акционера нет ни одной причины желать настоящей, жёсткой конкуренции — и есть все причины желать обратного. Стимул встроен в саму конструкцию. А стимулы, как знает любой инженер систем, в долгую сильнее любых благих намерений.
Чем это бьёт по вам
Прямо по кошельку. Если «конкуренты» тихо не воюют, вы платите больше — за билеты, за лекарства, за банковские услуги, за всё. Конкуренция, которая должна была работать на вас, выключена не запретом, а структурой собственности. Вы по-прежнему видите рекламу «у нас дешевле!», но реального давления вниз на цены всё меньше.
И отдельная горькая ирония: оплачиваете этот механизм опять же вы. Это ваши пенсионные деньги собрали в фонды, которые теперь владеют всеми сторонами сразу и не заинтересованы в том, чтобы цены для вас падали. Вы профинансировали структуру, которая работает против вашего же кошелька.
Где здесь обычный человек
Вы — и потребитель, который переплачивает, и невольный соинвестор той самой машины, что заставляет вас переплачивать. Ваш голос как акционера (через пенсию) мог бы давить на компании в вашу пользу — но он в руках фонда, у которого интерес ровно противоположный. Классическая ловушка: ваш ресурс работает против вас, потому что управляет им тот, чьи цели не совпадают с вашими.
Что с этим делать: токен MAAT и DAO
Корень проблемы — несовпадение интересов. У общего владельца цель «чтобы компании приносили больше денег мне», у вас — «чтобы товары и услуги были честными и доступными». Пока голосует он, побеждает его цель. Лечение — вернуть голос тому, чей интерес как у потребителя и работника, а не как у держателя всех сторон сразу.
Это и есть MAAT. Токен MAAT — это членство в кооперативе и один голос. Не «один доллар — один голос», как у фондов, чей интерес расходится с вашим, а один человек — один голос. Решения принимаются в DAO — децентрализованной организации с прозрачной казной, где видно каждое движение средств и каждый голос. Миллион скоординированных совладельцев, у которых интерес как у нормальных людей, может на собрании давить туда, куда фонду давить невыгодно: за честные цены, против тихого картеля.
Большая тройка владеет всеми сторонами и потому не болеет ни за кого, кроме себя. MAAT — это сторона, которая болеет за вас, потому что состоит из вас. Вход простой: прочитать книгу, взять токен, получить голос.