Раз в год почти у каждой публичной компании, чьи акции у тебя есть — хоть напрямую, хоть через индексный фонд в пенсионном счёте, — проходит общее собрание акционеров. На нём выбирают совет директоров. Утверждают зарплату и бонусы генерального директора. Голосуют по слияниям, поглощениям, климатическим резолюциям, вопросам о том, кому и сколько платить за то, что компания вообще существует. Ты — совладелец. У тебя есть голос. И почти наверняка ты никогда им не пользовался, потому что кто-то другой уже проголосовал вместо тебя, даже не спросив.

Это не метафора и не теория заговора. Это буквально то, как устроена сегодняшняя система коллективного владения бизнесом: акция даёт право голоса, но право можно передать по доверенности — proxy — и большинство держателей делают это, сами того не замечая, просто купив фонд.

Кто на самом деле голосует твоими акциями

Если ты держишь акции напрямую — через обычный брокерский счёт, на своё имя, — голосовать должен ты сам. Тебе присылают материалы к собранию (proxy statement) и бюллетень, обычно через систему Broadridge, крупнейшего в США оператора инфраструктуры для акционерных голосований, — через сайт вроде proxyvote.com, по почте или иногда прямо в приложении брокера. Ты можешь заполнить бюллетень за пять минут. Большинство розничных держателей этого не делает: явка среди частных инвесторов на голосованиях по доверенности стабильно низкая, заметное меньшинство от общего числа розничных акционеров вообще открывает присланные материалы.

Но у подавляющего большинства людей акции лежат не так. Они лежат внутри индексного фонда, ETF, пенсионного плана — то есть юридически акциями владеет фонд, а не ты лично. И вот здесь начинается механика, о которой почти никто не думает: голосует не ты и не фонд как абстракция, а управляющая компания, которая этим фондом управляет. У неё есть команда «стюардшипа» — несколько десятков человек, которые формулируют политику голосования и от имени миллионов вкладчиков голосуют по десяткам тысяч вопросов на тысячах собраний ежегодно.

Три компании — BlackRock, Vanguard и State Street — управляют вместе триллионами долларов в индексных и ETF-активах и, по оценкам ряда академических исследований (в частности, работы Бебчука и Хёрста «The Specter of the Giant Three»), выступают крупнейшим или одним из крупнейших акционеров в подавляющем большинстве компаний из S&P 500. Это значит, что по факту небольшая группа людей в трёх офисах формирует голосующую волю по вопросам, которые касаются буквально всей американской (а через глобальные фонды — и не только американской) корпоративной власти. Твои деньги там есть. Твоего голоса там нет — если ты не забрал его обратно.

Почему это не бюрократическая мелочь

Легко решить, что голосование по доверенности — формальность для юристов, а не для человека, который просто хочет накопить на пенсию. Это не так, и вот почему.

Совет директоров нанимает и увольняет генерального директора, утверждает его компенсационный пакет — иногда в сотни миллионов долларов в год, — решает, направлять ли прибыль на выкуп акций, дивиденды или реальные инвестиции, одобряет или блокирует поглощения. Собрание акционеров — единственный момент в году, когда рядовой совладелец компании формально может сказать «нет» человеку у руля или конкретному решению. Каждый год через голосования по доверенности проходят и резолюции по климату, по прозрачности лоббирования, по условиям труда на фабриках поставщиков, по составу совета — вопросы, где интересы управляющей компании (которая зарабатывает комиссию независимо от исхода и не хочет ссориться с менеджментом крупных клиентов) не всегда совпадают с интересами конечного вкладчика, чьи деньги реально стоят на кону.

Иными словами: голос по доверенности — это не украшение таблички «акционер». Это единственный реальный рычаг влияния, который у тебя как совладельца есть между покупкой акции и её продажей. Отдать его по умолчанию — значит согласиться, чтобы решения о том, куда идёт капитал компаний, в которых лежат твои сбережения, принимал кто-то, кого ты не выбирал и с кем никогда не разговаривал.

> Наша запись. В системе Маат право голоса — это не декорация, а сама суть справедливого распределения власти: тот, кто вложил, должен иметь голос в том, куда идёт вложенное, иначе баланс на весах смещается в пользу того, кто просто оказался посередине потока. Молчаливая передача голоса фонду — тихий Исфет: право есть, но им никто не пользуется, и власть без сопротивления стекается туда, где уже сосредоточена. Поэтому MAAT DAO с самого начала строится на прямом голосовании держателей токена, а не на делегировании его невидимому комитету.

Два пути вернуть голос себе

Первый путь — если акции лежат на обычном брокерском счёте на твоё имя. Тебе почти наверняка уже приходят письма или уведомления в приложении о голосованиях по доверенности — просто проверь, не улетают ли они в спам или в раздел, куда ты не заглядываешь. Крупнейшие брокеры (Schwab, Fidelity, Interactive Brokers и другие) дают проголосовать прямо в приложении или через proxyvote.com за несколько минут: логин по номеру контроля из письма, выбор позиции по каждому пункту — за, против, воздержался, — отправка. Отдельные сервисы, выросшие именно из идеи вернуть розничным держателям голос (например, Say, встроенный сейчас в некоторые брокерские платформы), собирают вопросы акционеров к менеджменту и агрегируют голоса мелких держателей, чтобы их было слышно не по одному, а вместе.

Второй путь — если акции лежат внутри фонда или ETF. Здесь у тебя нет прямого юридического права голосовать по конкретной компании внутри портфеля фонда, но в последние годы крупнейшие управляющие начали, под давлением именно этого вопроса, открывать частичный «сквозной» проброс голоса. BlackRock с 2022 года расширяет программу «Voting Choice», позволяющую держателям паёв в некоторых фондах выбрать одну из нескольких политик голосования или, для институциональных и части индивидуальных инвесторов, голосовать напрямую. Vanguard в 2023 году запустил пилотную программу «Investor Choice» на ограниченном наборе фондов с той же идеей. Это ещё не поголовное право каждого вкладчика голосовать по каждой позиции — программы касаются не всех фондов и не везде доступны частным инвесторам напрямую, — но направление явно обозначено, и стоит проверить, доступна ли такая опция именно в твоих фондах: обычно это делается через личный кабинет управляющей компании или письмо в раздел investor relations с прямым вопросом.

Если такой опции пока нет — у тебя остаётся честный, менее удобный, но реальный вариант: постепенно смещать часть портфеля из безликих индексных фондов в прямое владение акциями компаний, которые для тебя принципиальны, именно чтобы голос по ним оставался твоим, а не растворялся в чужой политике голосования.

Сделай сегодня

Зайди в приложение своего брокера или на сайт управляющей компании твоего пенсионного счёта и найди раздел «proxy voting» или «голосование по доверенности» — обычно он спрятан в настройках счёта или в разделе документов. Проверь: приходят ли тебе уведомления о ближайших собраниях акционеров и есть ли у твоих фондов программа сквозного голосования вроде Voting Choice или Investor Choice. Если у тебя есть акции напрямую и открыто голосование хотя бы по одной компании — проголосуй сегодня, по любому пункту, который тебе понятен. Не потому что этот один голос перевернёт совет директоров, а потому что это первый раз, когда ты используешь право, которое у тебя было всё это время и которым молча пользовался кто-то другой.